Harry Potter: Utopia

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Harry Potter: Utopia » АРХИВ АНКЕТ » Sage Whelan, 27 y.o.


Sage Whelan, 27 y.o.

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Сэйдж Уэлан

ВОЗРАСТ: 27, 15/05/1999.
СТАТУС КРОВИ: Полукровка, оборотень
МЕСТО ПРОЖИВАНИЯ: Кентерберри.
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ: Рейвенкло, 2017;
Отдел Магического Правопорядка, пресс-атташе, средний.

http://sd.uploads.ru/FLZH4.gif
Gemma Arterton

ИНВЕНТАРЬ

СОЦИАЛЬНАЯ ПОЗИЦИЯ

Саксаул и шерсть оборотня, 13,5 дюймов;
Аппарация;

Сэйдж выступает за полную интеграцию всех разумных существ в единый мир, где все имею равные права, обязанности и возможности, но каждая раса имеет определенные привилегии в зависимости от её особенностей. Все мы в первую очередь личности, и именно так нас должно принимать общество. Не люди, оборотни, эльфы или вампиры, а индивидуальности, которые нуждаются в немного отличающихся условиях для комфортного существования себя и окружающих.
Текущее правительство Сэйдж устраивает, но исключительно на данном этапе развития магического общества. Ей кажется, что, после стольких лет репрессивных действий, волшебники пока не готовы к полному принятию разумных магических существ, как равных, а существа пока не готовы выйти из позиции жертвы и взять на себя те же обязанности и ту же ответственность, что и маги. Действия правительства продвигают магическое сообщество к тому моменту, когда обе стороны смогут переступить через прошлое, но однажды действий нынешнего аппарата станет недостаточно, и им на смену придут лидеры с другим образом мысли (намёки, они такие намёки).
В целом она «за» слияние мира магглов и магов, но считает, что прямо сейчас стоит более подробно исследовать вопрос, и понять, пойдёт ли оно на пользу нам и им. Необходимо выработать стратегию, которая позволит наименее безболезненно решить вопрос слияния, не ставя под угрозу магические и маггловские ценности.
Боги, а я ведь говорила, что Сэйдж зануда…)

УМЕНИЯ И НАВЫКИ

Хороший трансфигуратор. А всего то и нужно взять человека с врожденными способностями к трансфигурации, которого выбрала подходящая для этого дела палочка, и отдать его в Хогвартс с его чудесными учителями.
Говорит на ирландском, потому что в связи со странным стечением обстоятельств родилась в стране, где на нём говорят. Угадайте, в какой?
Сдала экзамен на аппарацию в школе, но с тех пор аппарировала так часто, что уже и не думает особо о трёх «н», - всё получается само по себе.
Разбирается в рунах – спасибо папеньке за это.
Ну и все классические способности оборотня, потому что без них никуда.
Имеет представления о маггловской жизни, может погуглить, включить песню на телефоне и позвонить бабушке с мобильного.

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Бран Уэлан – отец, выпускник Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс образца 1991 года, Рейвенкло. Родился и вырос в Ирландии. После окончания школы занялся изучением рун, чему продолжает посвящать своё время и по сей день. Проживает в Гласлау, на границе с Северной Ирландией.
Агата Уэлан – мать, выпускница Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс образца 1991 года, Рейвенкло. Умерла в 2004 году.

Я знаю множество оборотней. Знаю тех, кто сдался, кто опустил руки, смирился с тем, что мир не хочет его принять, отдалился, отчуждил сам себя, раз в месяц появляясь в кабинете куратора. Знаю и таких, кто орёт о своём особом положении на каждом углу, ходит в группы поддержки, ведёт проактивный, «социализированный» образ жизни. И те, и другие разделили свою жизнь на «до» и «после».
У меня «до» не было. Точнее, было, конечно. Это «до» существует где-то в семейных фотоальбомах, где маленькая девочка еще не пережила болезненного укуса и последовавшего за этим первого всплеска магии, спасшего её от возможной гибели (разумеется, с дальнейшей помощью доблестных врачей из Св. Мунго); где еще жива мама, у которой после пережитого стресса начались проблемы с сердцем, которые привели к её скоропостижной смерти; где отцу ещё не приходилось покупать в аптеке аконитовое зелье, чтобы наша маленькая, но гордая волчья семья могла пережить следующий месяц без жертв. (Мне всегда казалось крайне ироничным, что фамилия, полученная нами от предков, означает «маленький волк». Возможно, эти чёртовы старики предвидели будущее и ждали моего появления).
Я не помню этого «до». Для меня его никогда не было. Я всегда была такой, всю свою сознательную жизнь. Оно никогда не казалось мне болезнью. Оно было частью меня, такой же, как цвет глаз, крошечный шрам на лопатке или любовь к маггловской музыке. Я не знала, что можно не любоваться прибывающей луной, а проклинать её. У меня было счастливое, беззаботное, не омрачённое сверстниками детство, наполненное книгами, природой и магией. Ведь что есть мои превращения, как не магия в самом первозданном, самом животном её проявлении?
Мне было хорошо с самой собой, я чувствовала себя в гармонии, до сих пор чувствую, но, если и было когда-то время, когда моя уверенность в себе, в собственной нормальности, пошатнулась, это было время моей учёбы в Хогвартсе. Дети жестоки. И дело было даже не в том, что каждое полнолуние я проводила под чутким присмотром профессора Флитвика, выделившего специальную комнату под мои особенные нужды, и даже не пыталась скрывать этого, а в том, что я отказывалась считать, что отличаюсь от них. К каждому из однокурсников я подходила непредвзято, с открытой душой. Но ведь грех не плюнуть в открытую душу, так ведь? Мне хотелось делиться с ними гармонией, хотелось делиться тем, что мы все – одной крови, все одинаковы, все мы живем в одном мире. Хотелось делиться знаниями и открытиями. А им хотелось, чтобы я «заткнулась и перестала рассказывать обо всей этой чуши». «Иди к гиппогрифу, Уэлан». Маленькие ублюдки. Мне обидно за маленькую Сэйдж, до слёз. Я не понимала тогда, почему всё так. Плакала в тёмных коридорах. Каждый раз, когда меня отвергали, я становилась всё мрачнее. Дети того поколения, промежуточного, рождённого сразу после войны, были не готовы к внезапному появлению абсолютно обычной, не похожей на книжного, карикатурного оборотня, девочки-оборотня. Им нужна была загнанная, ощетинившаяся, нелюдимая девчонка. И в какой-то момент я перестала пытаться объяснить этим дурацким однокурсникам, что я такая, какая есть; оборотень, человек ли, я – это я. Выпустила наружу волчонка, которого они всё это время ожидали увидеть. Начала смотреть на них исподлобья, стала отвратительно вежлива, а на любую грубость отвечала грубостью.
Уже после, через пять, шесть и семь лет, придут новые дети, дети героев, выращенные на геройских идеалах, принимающие всех без разбору. Но я к тому моменту уже закончу школу, прочитав сотни книг, просто потому, что мне больше нечем будет заняться. Превосходно сдам любимые Трансфигурацию и Заклинания, а сразу после школы уйду в журналистику, побоявшись и не рискнув поступить в Академию Авроров, в очередной раз доказав, что шляпа не зря не рассматривала Гриффиндор.
Мои коллеги в Новостях с самого начала что-то подозревали, но главный редактор, удивлённо приподнявшая брови при взгляде на мой школьный табель, пообещала не выдавать мою маленькую тайну без особой на то причины. Я не стыдилась, не могла стыдиться того, что являлось частью меня, но, наученная горьким опытом, знала – могут не понять и существенно усложнить мне жизнь. Я начала писать. Сначала крошечные блоки о скидках и промо-акциях, после – небольшие репортажи о курьёзных происшествиях в разных частях магической Британии. В день, когда мне дали первое интервью, я вернулась в Кентерберри, куда переехала после школы, и позвонила отцу. Отец был горд и счастлив за меня, но я знала, чувствовала, что он хочет для меня большего. Я проработала в Новостях Волшебного Мира три года. Когда стало понятно, что я стала частью команды, я открылась своим коллегам, и оказалось, что все были прекрасно осведомлены о моей маленькой особенности. Наблюдательные засранцы. Я доросла до репортера, освещала нашествие гиппогрифов в Южном Уэльсе, а это о чём-то, но говорит. Вы знаете, уходить из коллектива – это как разрывать долгие отношения. Ты любишь этого человека, привязан к нему, но понимаешь, что расти дальше ты сможешь только самостоятельно. Я ушла из Новостей, потому что увидела вакансию в Пророке, но никто не стал меня осуждать. Ну, или стал, но за моей спиной.
Крупнейшая газета магического мира. Самые громкие имена волшебной журналистики. В том коридоре, по которому я шла на своё собеседование, я встретила больше именитые лиц, чем за три года в Новостях. У нас тоже были звёзды, но все они были масштаба чуть поменьше. В Пророк меня взяли. Видимо, сказались хорошие рекомендации с предыдущего места работы и всё те же «Превосходно», легко полученные на Ж.А.Б.А. Ещё полгода на надоевшем месте стажёра, и вот, я – репортёр Ежедневного Пророка. Здесь всем плевать, кто ты такой. Важны только твои навыки и то, на что ты готов ради материала. Поверьте мне, я была в местах, куда ни один из вас не полезет и под прицелом волшебной палочки. Первые два года – освещение местных новостей. Сотни неподтвержденных фактов, за подтверждением или, внезапно!, опровержением которых приходилось аппарировать на другую сторону острова. Сотни людей, которые не в состоянии адекватно донести информацию. Десятки других репортёров, готовых идти по головам ради сенсации. Уже тогда я поняла, что не готова жертвовать идеалами ради карьеры. Я многого хотела добиться, но всегда – честным путём, не подставляя другого. Я начинала с левого нижнего угла последней страницы, но спустя три года, медленно, но верно добралась до первых (не самых первых, конечно). Да, я не была той, кто обнародовал секретную переписку Селестины Уорлок, затрагивающей её тайную связь с несколькими выдающимися личностями; я не была той, кто взяла скандальное интервью у жертвы пожара, только что потерявшей сына; я не крала чужие истории, не искала чужой боли. Я не торопилась. У меня ещё будет звёздный час, - я точно знала. Да, позже, чем у тех, с кем я начинала, но он пришёл. Я стала узнаваемым журналистом. Между прочим, выпуск с моей статьей о заговоре артефакторов даже стал хитом продаж. Возможно, свою роль сыграли особые купоны на сумасшедшие скидки у мадам Малкин на третьей странице, но мне хочется верить, что людям понравилась моя выстраданная история о продажных искателях древностей. Я проработала в Пророке пять лет. А потом мне надоело, я устала от попыток пробиться выше, пытаясь перегнать беспринципных проныр. Мерлин, как высокомерно это звучит. Поверьте, я не была нежной фиалкой, которую шпыняли злые коллеги. Я тоже билась за место под солнцем, так, как умела. Иногда я обижала людей откровенно грубыми комментариями об их работе, а потом жаловалась в курилке, что они не умеют реагировать на критику. И понимала ведь, что к критике мои слова имели весьма посредственное отношение. Я могла делать это, но не могла пойти поперёк себя и написать статью, которая собрала бы потрясающие отзывы, но не была бы написала честно. В один момент я просто устала биться головой об стену, и мне захотелось что-то изменить.
Когда я решила уйти из Пророка, я обратилась к своему куратору. Что-то вроде «Привет, мне никогда не нужна была твоя помощь, но этот час настал. Мне нужна работа». Она улыбнулась, и сказала, что отправит несколько сов. А через месяц бесцельного валяния дома и написания советов по приготовлению обеда из трёх блюд за 20 минут я получила письмо. Приглашение на собеседование из Отдела Магического Правопорядка. Возможно, приглашение я получила исключительно с лёгкой руки своего куратора, но мне хотелось бы верить, что получила работу я из-за собственной неотразимости. Шучу. Из-за «Превосходно» по Трансфигурации, рекомендаций с места работы и умения готовить шарлотку и рисовый пудинг, не отрываясь от вязания. Или чувства юмора. На самом деле я действительно была подходящим кандидатом. Брать на эту должность новичка – глупо и несолидно, а акулам бизнеса слишком хорошо на их тёпленьких местах, чтобы рыпаться куда-то еще, тем более в госструктуры с их скромными зарплатами. Я была той самой золотой серединой, которая не станет требовать заоблачных денег, но и не опозорит Отдел дурно сформулированной фразой. А может, им просто нужен был оборотень, чтобы разбавить демографию.
Мне бы хотелось сказать, что я знаю, куда двигаюсь дальше, но я понятия не имею, к чему приведёт меня в итоге эта публичная работа, где все знают о моих особенных полнолуниях. Я бы хотела сделать мир лучше, для всех нас. Хочется пошутить, что я – следующий супер-злодей, который попытается объединить все расы и миры против их воли. Но пока я – это просто я, и у меня нет никаких коварных планов. Разве что съесть на ночь бисквит и посмотреть маггловское ток-шоу.

СЛАБОСТИ

СТРЕМЛЕНИЯ

Боится делиться своими переживаниями с другими. Ей, разумеется, совершенно плевать на чужое мнение, конечно же (ага, да-да, так всё и есть), но если окружающие перестанут принимать её такой, какая она есть, она (кхм, мягко говоря) расстроится. Остро реагирует на жалость со стороны людей. Не переносит пауков. Боится когда-нибудь вспомнить то, что произошло, когда её укусили.

Хочет власти мира, дружбы, жвачки, адекватного и непредвзятого отношения для существ всех рас, и бесплатного имбирного лимонада на улицах города. Мечтает о поступлении в Академию авроров, хотя возраст уже не тот, конечно. Планирует углубиться в изучение Трансфигурации (зря, что ли, столько лет этим «Превосходно» хвалилась?) в качестве хобби. И написать книгу «Обратная сторона Пророка». По крайней мере она так говорит. И никто не знает, что из этого правда, а что – несмешная шутка.

СВЯЗЬ

УЧАСТИЕ В СЮЖЕТЕ

Skype – push_anya

Я надеюсь на активное. Я большой мастер придумывать сюжет на пустом месте.

ПРОБНЫЙ ПОСТ

Я смотрю с подозрительностью, пристально, пытаясь в полной мере осознать произошедшее. Она разглядывает свои руки, ноги, ругается, что опять не рыжая, перебирая длинные светлые пряди. Я на секунду думаю, что две блондинки в ТАРДИС – это уже перебор. Но чертыхаюсь – если одной из блондинок и придётся уйти, то это точно будет не она. Снова пристально смотрю на неё. Она будто не замечает моего взгляда.
— Доктор? – уточняю.
Два дня назад он прилетел за мной, такой же, как всегда: взрослый, серьёзный, саркастичный, говорящий заумными словами, смысл половины из которых я умудрялась понимать. Он улыбался, звал меня на планету N, говорил, что мне там обязательно понравится: чудесная природа, прекрасные заповедники. Я отнекивалась: накопилось слишком много работы, надо было закончить статью ко вторнику. В итоге, он сдался – улетел. Вернулся через полтора часа. В другом костюме, в странных очках. Спросил, закончила ли я статью. Я спросила, сколько времени прошло с нашей последней встречи для него. Признался: около тридцати лет, но за это время он виделся со мной той, которая была раньше. Я устала удивляться ему и всем этим вибли-вобли тайми-вайми штучкам.
Мы попили чай (он обожает персиковый чай!), и я согласилась, пожертвовав статьей, слетать туда, куда он хочет (он никогда не церемонился, спрашивая, куда хочу я – всегда выбирал сам). Он пообещал вернуть меня пораньше, чтобы я успела всё закончить.
Всё пошло не по плану. Мы прилетели в совершенно другое место. Он несколько раз повторил, что всё нормально, подёргал несколько рычагов на панели ТАРДИС, сказал мне оставаться там, где я есть, а сам вышел наружу. Я поняла, что не всё нормально ещё тогда, когда он сказал об этом в первый раз.
Он вернулся через двадцать минут, ввалился в кабину ТАРДИС, тяжело дыша, крепко закрыл за собой дверь. Повторил, что всё нормально, что ничего не случилось. Правило номер один – Доктор лжёт. И это значило, что всё очень плохо.
Мы отправились в Австралию, на скалистый берег. Смотрели на океан. Он, мой старый друг, был необычайно грустен. И я понимала, почему. Он предупреждал, что будет, когда он умрёт. Мы вспоминали все наши приключения. И я уже решала для себя, останусь ли я с новым Доктором. Понимала, что решение не придёт, пока не увижу его.
Мы ели бургеры («Лучшие во Вселенной!»), пили персиковый чай. А через шесть часов он регенерировал. И вот она стоит передо мной – миловидная блондинка. Мой новый Доктор.
— Доктор? – повторяю я, думая, что она не услышала вопросительных интонаций. Просто проверить. Вдруг я ошибаюсь, и мой Доктор, тот самый, который постоянно отвлекал меня от работы, вдруг вернётся, откроет дверь ТАРДИС, представит эту девушку как свою дочь/сестру/еще одну спутницу, и снова возьмёт меня с собой в невероятное приключение во времени и пространстве.

+5

2


ВАС ПРИНЯЛИ!


Чтобы завершить регистрацию, загляните в темы:
- Занятость населения
- Внешности и никнеймы
- Каноны и родители (если ваши родители или фамилия из канона)
- Персональная информация
- Эльф-торговец
- Выяснение отношений

Начать игру необходимо в течение двух недель:
- Поиск партнера для игры

Отдельным сообщением в теме ведется личная хронология. Вы может использовать наш шаблон или придумать собственный.

НАШ
Код:
[hr][size=20][align=center][font=Fixedsys]ХРОНОЛОГИЯ[/font][/align][/size]
[hr]
[table layout=fixed width=100%]
[tr]
[td][align=center]ДД.ММ.ГГГГ[/align][/td]
[td][align=center]Участник, Участник[/align][/td]
[td colspan=2][align=center]Ссылка
Краткое описание[/align][/td]
[/tr]
[/table]

По желанию вы также можете оформить отношения и оставить в теме иную информацию о персонаже.
Не забудьте получить галлеоны за регистрацию в Гринготтсе.

0


Вы здесь » Harry Potter: Utopia » АРХИВ АНКЕТ » Sage Whelan, 27 y.o.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC