Harry Potter: Utopia

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Harry Potter: Utopia » АРХИВ АНКЕТ » Meiko Mikasa, 23 y.o.


Meiko Mikasa, 23 y.o.

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

МЭИКО МИКАСА

ВОЗРАСТ: 23 года, 1/05/2003 год.
СТАТУС КРОВИ: полукровная волшебница, всем рассказывает, что на 1/4 демон-лисица кицунэ, но не стоит верить ей на слово.
МЕСТО ПРОЖИВАНИЯ: Токийский императорский дворец / временно гостит в поместье Забини.
ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ: школа магии Махотокоро, факультет воды, 2019 год выпуска;
Третья дочь императора Японии, весьма заметная политическая и светская фигура, активный филантроп и кумир либерального населения, живет на деньги налогоплатильщиков, доход выше среднего;
В общественных организациях Великобритании не состоит, но не значит, что не планирует.

http://sd.uploads.ru/ixga1.gif
Arden Cho

ИНВЕНТАРЬ

СОЦИАЛЬНАЯ ПОЗИЦИЯ

Волшебная палочка: вишня, волос японского водяного, 10,3 дюйма, гибкая;
Метла японской марки Goro, аналог британской Молнии, создана в том числе и для полета на дальние расстояния;
Нифритовая заколка для волос – артефакт императорской семьи, работающий как маячок и портал, ведущий в безопасное место в Эдо.
Катана – артефакт, работающий так же, как и посохи в Дурмстранге, при необходимости может частично заменить палочку в защите от заклинаний. Как традиционное японское холодное оружие тоже работает. Благодаря заклинанию увеличенного пространства всегда находится у Мэй в правом кармане или за поясом юкаты.
Имеется личный буревестник по имени Торио, принадлежит сразу всей императорской семье.

Мэико поддерживает тенденцию на сближение миров. Точнее, она ее провоцирует, как в своей стране (в которой это делать в разы проще), так и в Британии: в интервью положительно и без опаски отзывается о магглах, но лишь в осторожных выражениях пожелания, согласно своей позиции либеральной принцессы. Ни на чем вслух не настаивает и никого не принуждает. С британским ММ сотрудничает как иностранный дипломат. Убила бы.
В магглам относится в действительности весьма положительно: сочувствует их трагедиям и при случае готова обещать, что при наличии волшебников в их мире жизнь станет куда легче. Время от времени выступает за права разумных существ; на родине является покровителем фонда «Солнце для оборотней» и одним из ключевых спонсоров, время от времени в ее окружении проскальзывают оборотни-лисы, некоторые из них задерживаются.
Разумеется, в тайне и с выгодой для своей страны стремится изничтожить мировой порядок – куда без этого?

УМЕНИЯ И НАВЫКИ

Воспитанная в традициях своей страны, как и любой императорский ребенок, Мэико отдает долг японской культуре и традиционным женским занятиям: играет на сямисэне, по праздникам танцует в храме госюгимоно, по выходным - камигата май с веером, умеет заварить чай тысячами способов и прекрасно владеет катаной.
Неплохо натренирована физически еще со времен изнурительных квиддичных тренировок в Махотокоро, поддерживает форму тренировками с катаной. Летает прекрасно, плавает хорошо, в седле держится чуть хуже. По долгу происхождения, воспитания и благодаря неоднократным контактам с внешним миром свободно говорит на японском, английском и немецком (некоторые из ее помощников считают этот язык своим родным); способна разобраться в санскрите и немного в латыни - школьная программа и демонологические трактаты.
Лучше всего Мэй даются стихийные заклинания и науки; весьма преуспела в боевых и защитных чарах. Но больше всего еще со времен школы ей нравится демонология. Настолько нравится, что после выпуска с факультета воды (студенты которого всегда славились своим талантом приручать), выписала себе личного инструктора из синтоистского храма – монахи-синтоисты (каннуси), даже те, которые не волшебники, весьма преуспели в науке призывания и укрощения ками. Поэтому многое знает о тотемах, амулетах, оберегах, талисманах и традиционных жестах «укрощения ками». По сути то, что магглы зовут демоном – сгусток магической энергии; японские волшебники верят, что существует друга плоскость, и эти сгустки приходят оттуда. Грубо говоря – это концентрированное волшебство без проводника вроде палочки, принимающее любую удобную призывателю форму. Достичь идеального контроля с такой субстанцией практически невозможно, если не посвящать этому всю жизнь, но при наличии умений использовать ее все же можно. Самая частая форма «ками» - огонь.
Владеет Окклюменцией на среднем уровне. Этому учатся все члены императорской семьи чуть ли ни с первых зубов. Потому что никто не должен знать тайны двора. Ее сестры и отец прекрасные окклюменты, Мэй просто оказалась не так талантлива в этом деле, и за годы тренировок от нее добились лишь стабильного и прочного, но среднего уровня.
Все передвижения предпочитает выполнять по воздуху, игнорируя камины (в Японии каминная сеть существует постольку-поскольку) и прибегая к порталам лишь в крайних ситуациях; с удовольствием пользуется метлой, воздушными каретами или личным императорским буревестником, на котором до одиннадцати исправно летала в школу.

ОБЩЕЕ ОПИСАНИЕ

Томохито (Томохито Микаса) – правящий император Японии, 126-й в династии, 57 лет, полукровный волшебник.
Императрица Кико (в девичестве Кико Харумэ) – жена императора, 54 года, маггл.
Норико Микаса – первая принцесса, полукровная волшебница, 33 года, замужем за простолюдином, королевского титула не имеет.
Юрико Микаса – вторая принцесса, полукровная волшебница, 29 лет, замужем за человеком знатного происхождения, титул сохранен.
Ода Микаса – наследный принц, сквиб, 25 лет, не женат.


Фраза “у меня папаня единственный в мире правящий император” может быть и хвастовством, и проблемой, и ответственностью, и просто наглой ложью. В случае Мэико это, скорее, ежедневное развлечение. Она никогда не стеснялась своего происхождения и уж точно ни разу в жизни не подумала им тяготиться, несмотря на то, что воспитывали ее так же, как и прочих императорских детей: в сдержанной строгости, атмосфере ответственности и благостного послушания, поощряя знания, созидательность и социальную активность, культивируя приличия и силу моральных устоев. И из этого бы что-нибудь бы даже вышло, если бы все семейство во главе с императрицей не было такими отъявленными демагогами и любителями повеселиться. В порочных и деморализующих нацию скандалах японская императорская семья не была замечена, во-первых, из-за всеобъемлющего влияния Томохито, всегда умеющего угомонить детей полувзглядом и искусным  обездвиживающим, во-вторых, из-за грамотной работы службы безопасности, многие из представителей которой являются бывшими служащими японского аналога Аврората – не самыми плохими служащими, стоит сказать – и накладывают заклятие забвения так же искусно, как орудуют  палочками в раменной.
Вседозволенность – это что-то совершенно привычное для японской императорской семьи, хотя веками они культивируют обратное. Но как тут быть, когда твой дом был основан 2500 лет назад легендарным даже по меркам волшебников императором Дзимму, который известен еще и тем, что первым в восточной части света решил объединить магов и не-магов под одним правительством, и с тех пор твоя страна чуть ли ни единственная, во главе которой уже пару тысяч лет совершенно официально стоят волшебники – как тут быть?
В Японии Международный статут о Секретности всегда был предприятием весьма сомнительным: сперва потому, что внешний мир японских магов и не-магов особо не интересовал, а внутри своей стороны они жили в полнейшем согласии с любой возможной чертовщиной, а затем потому, что за сто с лишним лет, прошедших с реставрации Мейдзи, мало что успело поменяться, и некоторые особо рьяные старожилы до сих пор помнят более славные времена. Не говоря уже о том, что часть волшебного мира до сих является частью мира японских не-магов: многие традиции синтоизма и японского буддизма основаны далеко не на традициях не волшебников. Вот и получается, что с введением статута о Секретности волшебники в Японии пропали, а магия осталась. Международный статут о Секретности японскому правительству был навязан (это, кстати, причина, почему многие волшебники-японцы ненавидят Европу) и не слишком прижился в умах, но несмотря на это, императорская семья пообещала его защищать ради мирного сосуществования с другими странами – разве странно, что именно в этой стране чаще всего происходят события, вынуждающие мировые правительства хвататься за голову? Да Будда всемилостивый, в любом японском болоте до сих пор живет Каппа, и все местные жители об этом знают, а в Киото не-маги ставят фестивальные барьеры от злых духов и варят вполне себе сносные зелья, и, разумеется, люди верят, что японская императорская семья – прямые наследники Аматерасу, которая хоть и богиня, но, как все мы знаем, волшебница. И это весьма распространенные знания.
Жена императора Норико вот вполне себе знала, за кого выходила замуж еще до того, как ей было бы положено узнать о наличии в мире волшебников: Томохито малодушно проболтался подруге детства еще в девять, и с тех почему-то за ними не пришел ни один стиратель. Ответ прост: Япония. Норико же в свою очередь не слишком озадачивалась: она с детства была уверена в существовании высших сил и другого мира, так что в принципе не напрягалась, эту черту расслабленного дзена передала и детям. В общем, от недостатка самосознания ни Мэико, ни ее сестры, ни даже брат не страдают: они прекрасно знают, кто они есть, и совершенно не намерены это менять. Не то что бы они поколение радикалов – они просто любят болтать и готовы рассказать всем, кто станет слушать, эту сказку, которую люди слышали тысячу раз. «Папаня император, а волшебница и богиня Аматерасу пра-пра-пра-пра-прабабка. И демон-лисица в тетках».


Самосознание есть, а совести нет совершенно – это про Мэико. Ее сестры, взрослые и уже замужние, хоть сколько-нибудь взялись за ум в последнее время; веселье же Мэико и ее неподъемные амбиции всегда вели не к замужеству, а к цели покрупнее – дестабилизации не просто отдельно взятого японского региона, но всего мира. Как наследный политик, Мэико неплохо знакома с мировым устройством: после выпуска из Махотокоро в 16 лет она побывала во многих частях планеты, в каких-то с официальными визитами, в каких-то инкогнито, как в Британии, в которой целых два года жила и училась на историка мира магии – почерпнула немало знаний и завела столько же связей. И всего этого было достаточно, чтобы понять, что мир на грани чего-то великого в очередной раз.
Потому младшую из принцесс ни капли не удивили появляющиеся новости про то, что не-маги проникают в мир магов: для Европы и Атлантики это грозило стать катастрофой, для Японии же, быстро адаптирующейся и богатой на историческую память – всего лишь очередной вехой в возвращении мировых позиций. Япония давно была готова к такому положению дел – ей ничего бы не стоило ужиться со знанием того, что волшебники существуют, в глубине души большая часть современных японцев об этом всегда знала, а древняя – помнила.
С точки зрения Мэико, хаос Европе необходим. Точнее, хаос в Европе очень выгоден Японии: европейцы могут устроить войну и геноцид из чего угодно (японцы им с радостью в этом помогут), а пока они будут разоряться, можно выгадать недурные позиции на мировой арене. Можно даже снова устроить несколько опиумных войн; Восток – дело тонкое.
На ее счастье, она не единственная в семье с таким практичным подходом к политике: старший брат, наследный принц, хоть и сквиб, а умнее большинства волшебников. Ода, оправдывая свое генеральское имя*, думает так же, и Мэико знает, что все ее усилия не пропадут даром, если трон наследует такой практичный и прозорливый человек.
Убивать режимы удобнее всего изнутри, и Мэико едет в такую знакомую Британию на чемпионат по любимой игре: какой квиддич без японцев? Какой дипломатический визит без принцессы? Она хочет связаться с теми, с кем у нее пока что не слишком прочные знакомства: прежде всего, прекрасно изучив общество и нравы принимающей страны, она собирается встретиться с тем, что осталось от чистокровных волшебников. Стремления этой кучки возмущающихся во все времена прозаично-прозрачны, ей всего-то надо убедить их в том, что в ее стране знают уже очень много лет: для прочих смертных волшебники равно боги. И дело в шляпе.


Тотальное отсутствие жалости соседствует в Мэй с горячей озабоченностью судьбой своей страны, потому что людям вроде нее нужно чем-то править, а вовсе не из-за любви к народу. Ну, то есть, народ принцесса любит, не обязательно даже свой, но, скорее, все же их производные: историю, культуру, качественный алкоголь. А человеков на голубой планете так много, что на них ей совершенно параллельно. Пусть останется десяток, главное, чтобы он был контролируемый. По этой же причине и лишена свойственной японцам элитарности, хотя сама принадлежит к элите; Мэй, наученная самым разным общением и любящая, чтобы за не действовали другие, считает, что в итоге важны только таланты и умения, и совершенно не принадлежит к тем, кто делит не-магов и магов по чистоте крови и долготе дней. Сильный, умный – хорошо, слабенький, тупой – ну отстойно, че.
Ее идеальной образ добропорядочной и милой, хоть и слегка инфантильной принцессы, выработанный долгими тренировками и стараниями СМИ и айдол-групп, очень играет ей на руку, и даже среди волшебников третья принцесса слывет девушкой милой, щедрой, талантливой, но совершенно не старательной и уж точно не опасной. А правда в сущности лишь в том, что Мэй грамотно делегирует обязанности – у нее всегда есть люди, которым можно поручить все то, что должно быть сделано, а самой пойти раздавать деньги пострадавшим от цунами. Потому что до поры до времени ей не очень на руку давать заметить, что легенда про лисицу-демона в семейном древе не просто легенда, что она и сама та лиса, которая при случае коварно уговорит императора убить его врагов и разрушит несколько ложных культов походя. В общем, хитра и сообразительна, как гейша, властна, как Сусаноо, готова к любым поворотам, как генерал Нобунага, и 24/7 находится в режиме деструктивизма, как любой уважающий себя демон. И, разумеется, очень любит веселиться. Просто обожает.

*Ода Нобунага - легендарный японский генерал, объединивший страну и прозванный "Демон-повелитель Шестого Неба".

СЛАБОСТИ

СТРЕМЛЕНИЯ

Это странно не вяжется с образом злого гения, но Мэй не слишком грациозна в те моменты, когда не задумывается о грациозности. На приемах и под пристальным вниманием прессы она помнит, что нужно держать спину и следить за движениями, она ходит маленькими шажками и изящно ведет плечиком, на тренировках с катаной и во время тренировочных дуэлей собрана и контролирует тело, но когда не надо озадачиваться, когда мозг не работает на сдерживание, Мэико вполне может свалиться с лестницы, нечаянно дать кому-нибудь в нос, просто подняв руку, облиться чаем или столкнуться с кем-то. В общем, она неуклюжая и весьма расхлябанная, и с этим непросто жить.
Плохо переносит жару и прямые солнечные лучи, плохо до непосредственных физических реакций, вроде солнечного удара и мигреней. Для дикого холода тоже не предназначена: при -20 впадает в анабиоз  и совершенно не способна мыслить.
Боится медведей, испытывает отвращение к змеям.
Не дружит с арифметикой: сложить и вычесть что-то в уме для нее целая проблема.
Отвратительно владеет бытовыми чарами: в школе учила, но применять ей их просто негде. Да и знания не-магической бытовой части так же плохо развиты: оставь одну в поле – умрет через 20 минут.
Время от времени склонна увлекаться и переоценивать способности отдельных индивидов: тем, кому Мэй поручает судьбы мира, она дает определенный кредит доверия и прекращает тоталитарно их мониторить. Продалбывать его можно долго, но эффективно. Но коли продолбал, ничего хорошего не жди.

Поменять мировой порядок, привести миры к слиянию, устроить хаос и вывести Японию на руководящую должность на мировой арене. Попутно немного повеселиться.

СВЯЗЬ

УЧАСТИЕ В СЮЖЕТЕ

бхххххх

неотъемлемое

ПРОБНЫЙ ПОСТ

Нет, ну каждый знает, что все, что есть ценного в гримерке рок-звезды — сама рок-звезда. У Селестины Уорлок можно было бы, к примеру, украсть знаменитое гусиное боа, у «Ведуний», без сомнения, нашлись бы их зачарованные рождественские шляпки, вопящие вместе с ними, в гримерке «Феникс vs Мандрагоры» точно обнаружились бы те самые чучела летучих мышей, которыми группа пугала фанатов во время мирового турне — что же можно было поиметь с этих ребят, горячим поклонником которых являлся Борджин, затащивший Маргарет в какую-то возмутительную дыру на не менее возмутительный концерт, знали, по-видимому, только продюсеры группы.
Впрочем, конечно, клуб в Косой алее дырой не был, и музыку «Обморочные Орешки» играли если и не обморочную, как обещало их название, то точно приличную, но все же сумасшедшего восторга Эла Маргарет не разделяла и в определенный момент, когда очередная барышня, ретиво подпрыгнув, приземлилась на идеальный большой палец левой ноги Марго, Роули не выдержала, от души пнула нахалку и с независимым видом, расталкивая острыми локотками и не менее колющими взглядами толпу, двинулась в противоположную от всеобщего экстаза сторону — прямиком на выход. Однако у дверей обнаружилось, что если она сейчас уйдет, то искать ночлег ей придется как обычно — методом тыка, посылая сов и воздушные поцелуи всем знакомым Лондона; Борджин все еще веселился, как не подобает его возрасту, где-то в недрах этого погубившего не одну молодость клуба, а Марго после одного неприятного инцидента поклялась ему никогда и ни за что не взламывать защитные в его квартире, и, конечно же, ключа у нее не водилось — Маргарет теряла все, что не содержало в себе бриллианта и не одевалось на шею или палец, она генетически не была приспособлена помнить о ключах. Потому попасть в квартиру Борджина без него самого у нее не было и шанса.
Упершись голыми лопатками в кирпичную стену, Марго напряженно не размышляла ни о чем. Она была так не сосредоточена на своем занятии, что даже заметила хлопок задней двери — служебного входа, ведущего в клуб. На то, чтобы отпереть дверь, проскользнуть мимо охранника, уставшего от дурственной музыки, топающих молодых людей и всеобщего восторга старичка, знавшего матушку Селестины еще совсем девочкой, ушло секунд семь — просто потому, что Марго не слишком торопилась. Проанализировать, зачем и по велению чьей извращенной фантазии она полезла в гримерку к музыкантам, которых и любила-то не то чтобы сильно, Роули, конечно, не потрудилась. Как говорил мистер Берк: «Если возможность есть, то она есть, и с этим ничего не поделаешь». Марго, вопреки общей их с Борджином нелюбви к деловому партнеру последнего, фразу эту находила крайне правдивой, потому, должно быть, что до конца ее не понимала и все интригующее всегда заставляло ее полностью ему довериться. Даже если это был в корне неверный подход к жизни.
За расписанной какими-то безвкусными каракулями дверью с незамысловатой надписью «та самая комната» (видимо, для особливо тупых — что еще взять с музыкантов?) нашлась одна в конец расстроенная гитара, по-видимому, личная собственность кого-то из группы, несколько пар носок, чистых и грязных, валяющихся на полу вперемешку, открытая пачка Берти-бобс (драже были рассыпаны, словно минное поле, по всему видимому пространству комнаты, и Марго даже расплющила парочку своей аккуратной лаковой туфлей с замысловатым и живым цветком, поддерживаемым чарами), какие-то девчачьи украшения, свежие конверты и, наконец, листы, исписанные мелким, прижимистым почерком — единственное, за что зацепился натренированный воровской взгляд. Ничего особо ценного в них, конечно, не было, но если бы они были подписаны и содержали в себе текст новой песни, фанаты бы заплатили не один галлеон, чтобы быть обладателями первой, а то и вовсе не вышедшей песни любимой группы.
Перечеркнутый, кривоватый, мечущийся со строки на строку текст, тем не менее, был вполне ясен и лиричен.

Hush-a-bye
Don't you cry
Go to sleepy little baby
Go to sleepy little baby
When you wake
You shall have
All the pretty little horses
All the pretty little horses
Blacks and bays
Dapples and greys
All the pretty little horses*

— Какой-то бред, — немилостиво изрекла Марго, представив, что если бы это спела она, Эл бы совсем не восхитился. Но голоса солистов «Орешков», которые она слышала сегодня на протяжении всего вечера, на лирику ложились хорошо. , несмотря на собственный вывод, Маргарет предпочла не самоустраниться из гримерки, но устроить свой аккуратный арьергард на столике с зеркалом и почитать, что там будет дальше.

*лирика вообще так принадлежит песне all the pretty little horses, но теперь ее изобрел Бэддок.

Отредактировано Meiko Mikasa (2017-11-10 17:24:24)

+8

2


ВАС ПРИНЯЛИ!


Чтобы завершить регистрацию, загляните в темы:
- Занятость населения
- Внешности и никнеймы
- Каноны и родители (если ваши родители или фамилия из канона)
- Персональная информация
- Эльф-торговец
- Выяснение отношений

Начать игру необходимо в течение двух недель:
- Поиск партнера для игры

Отдельным сообщением в теме ведется личная хронология. Вы может использовать наш шаблон или придумать собственный.

НАШ
Код:
[hr][size=20][align=center][font=Fixedsys]ХРОНОЛОГИЯ[/font][/align][/size]
[hr]
[table layout=fixed width=100%]
[tr]
[td][align=center]ДД.ММ.ГГГГ[/align][/td]
[td][align=center]Участник, Участник[/align][/td]
[td colspan=2][align=center]Ссылка
Краткое описание[/align][/td]
[/tr]
[/table]

По желанию вы также можете оформить отношения и оставить в теме иную информацию о персонаже.
Не забудьте получить галлеоны за регистрацию в Гринготтсе.

0


Вы здесь » Harry Potter: Utopia » АРХИВ АНКЕТ » Meiko Mikasa, 23 y.o.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC