Harry Potter: Utopia

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Harry Potter: Utopia » НЕЗАВЕРШЕННЫЕ ЭПИЗОДЫ » Papa knows best


Papa knows best

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://s9.uploads.ru/lQ6pS.gif

PAPA KNOWS BEST

ДАТА: 03.07.2026

МЕСТО: дом семьи Грейнджер-Уизли

УЧАСТНИКИ: Рон Уизли, Роуз Грейнджер-Уизли

Роуз думает, что у нее семидневная рабочая неделя, но Рон так не считает и вносит небольшие коррективы в ее планы.

+4

2

Он использовал официальную бумагу, чтобы комар носа не подточил. А еще он надеялся, что правильно употребил эту фразу с комаром, кажется, тесть именно к таким случаям ее произносил. Рон не знал наверняка, зачем комары в мире магглов точат носы и почему это должно как-то повлиять на мнение, составленное после прочтения документа, но на всякий случай тренировался в употреблении таких вот фразочек, чтобы сделать семейные вечера с бабушкой и дедушкой Грейнджер более непринужденными. Ни для кого не секрет, что тесть считал Рона недостойным своей дочери даже спустя столько лет.
Но будем решать по одной проблеме за раз. Поздним вечером или ранним утром, кому какая формулировка больше нравится, отец семейства принял волевое решение и написал письмо руководителю группы экспериментальной механики, которое незамедлительно отправил совой в Министерство. В этом документе он выразил искренние отеческие беспокойства касательно количества переработок своей дочери и ее схожести в последнее время с енотом (очень загорелым енотом, раз на то пошло). Рон привел красочное описание ее атипичного поведения, как то потеря аппетита по утрам из-за вечной спешки, пропуск семейных мероприятий, огромные синячищи под глазами, грозящие отвиснуть до колен, полное отсутствие личной жизни. Тут следовала оговорка "на сколько мне известно, а известно ему было доподлинно, ведь он отец". Мистер Уизли заверил руководителя группы, что отдых пойдет Роуз на пользу и сделает ее еще более ценным и незаменимым сотрудником, коим она без сомнения является уже сейчас (особенно судя по количеству проводимого времени на рабочем месте и экспериментальному хламу, которым завален чердак их дома).
Отправляя сову, Рон чувствовал облегчение потому, что взял дело в свои руки и активно им занялся. Именно такую инициативу поощряла его супруга, именно этого ждали его дети. Тут сомнений быть не могло.
Дальнейшим шагом в плане было уничтожение самого опасного его соперника - будильника. Выбравшись из комнаты еще до того, как Гермиона могла заподозрить его в чем-то, кроме желания опорожнить мочевой пузырь, Рон поднялся на третий этаж, где находились комнаты детей, злобно посмотрел на скрипнувшую ступеньку и дал себе обещание починить ее, когда выдастся возможность. Злобное маггловское изобретение ждало своего часа на прикроватной тумбочке, мигая электронными цифрами так нагло, что способно было разжечь очаг злобы даже в самом стойком.
Рон схватил приспособление, спрятал его под халатом, аккуратно спустился на первый этаж в кухню и поставил будильник рядом с раковиной.
- И что же мы будем с тобой делать?
Мужчина прищурился, вглядываясь в зеленое демоническое мерцание на черном экране. Его посетила мысль, связанная с утоплением и он даже принялся набирать воду в раковину, но так увлекся, что приготовил вафли со смешными рожицами из взбитых сливок и клубники. Видимо запах еды привлек шишуг, будто одно чудище с тремя головами и шестью хвостами сонные животные ввалились в кухню. И как бы Рон не шикал, шума было слишком много.
Тогда в его светлую (и речь здесь не об интеллекте) голову пришла мысль "зачем бороться с монстром, если можно его устранить?" На кухонном столе волшебник оставил записку для жены, в которой говорилось, что он выгуливает собак, горячий завтрак и кофе ждут ее на столе, ланч стоял там же с любовной запиской, которые он вкладывал в пакет каждый раз, воздушные поцелуи витают по всей гостиной и он просто уверен, что ее ждет отличный день, полный политических свершений.
В чем был, а именно в пижамных штанах, тапках, майке и халате, Рон отворил входную дверь и направился на прогулку с Кэлли, Эм и Би. Пустынные улицы утренней Чемерицевой улицы, где встретить можно было только эльфов мусоросборщиков с официальной зарплатой и скверным запахом, сами подсказали выход. Будильник отправился в один из мусорных баков, чтобы там дожить свой век.
По пути домой Рон чувствовал, как ветер развивает полы его халата, демонстрируя его гордость, добытую с таким трудом - пресс,  а также выставленную вперед грудь, надутое от гордости чувство собственной конгениальности и зудящий комариный укус.

+5

3

Каждое утро, ровно в семь, в доме на Чемерицевой улице раздавался сигнал тревоги "атака с воздуха" - другим звуком Роуз было не поднять. Она искренне завидовала тем, кто просыпался от легкого дуновения свежего ветерка из окна и щебета соловьев, но сама бы легко и посапывая проспала концерт Гоп-гоблинов. Возможно, это было связано с несколько загруженным графиком работы их отдела.
То есть "несколько загруженным" его называли в Отделе тайн, мистер Бамблпаф - "оптимально эффективным", а древнеегипетские рабовладельцы, узнав, что так тоже можно было, обзавелись бы комплексом неполноценности.
В любом случае, каждое утро Роуз (и жильцов нескольких домов поблизости) начиналось с сигнала тревоги, после чего ее легонько подбрасывала вверх настроенная на будильник перина, тонко намекая, что время просыпаться и начинать радоваться жизни. Так было каждый день, кроме сегодняшнего.
Когда девушка открыла глаза, перина по-прежнему мягко и бережно обнимала ее, в окно сквозь занавески подглядывало солнце и пели соловьи. Веки не ощущались пятикилограммовыми, голова была ясна и легка. Роуз улыбнулась плакату Эйнштейна на стене, и только потом поняла, что дело неладно. Вытянув руку в направлении будильника, она пощупала воздух. Подарка дяди Джорджа в этом воздухе не ощущалось. Грейнджер-Уизли подскочила на кровати так, как если бы ее подкидывала перина, затаившая на нее пару серьезных обид.
Визуально будильника тоже не наблюдалось. В непривычно ясной с утра голове медленно начинал звенеть голосок паники. "Диверсия", - подумала Роуз. - "Проспала!", - было следующей мыслью. Дальше в памяти ее всплыл образ бровей мистера Бамблпафа, собирающихся к переносице с медленной торжественностью. Эти брови погнали ее вниз в пижамных штанах - она только засунула в рот зубную щетку и схватила рюкзак. Стрелки на часах в гостиной показывали десять тридцать, в душе младшей сотрудницы ГЭМ заиграл Реквием.
- Уволят. Без рекомендаций, - сказала она часам, так строго, будто в этом была их вина. - Опущусь на дно жизни, начну воровать пособие у эльфов и спускать на трехсортное огденское, - продолжила девушка, подтянув пижамные штаны. - И подметать у Кобба и Уэбба за еду, - продолжила Роуз. Мрачные перспективы, постепенно прорисовывающиеся в голове, почему-то не толкали в пучину отчаяния. Возможно, дело было в свежеиспеченных вафлях, крайне разнузданно лежащих на блюде и своим бессовестным ароматом не дающих сосредоточиться на действительно важных вопросах.
- Куда, дракл раздери, девался мой будильник? - спросила у все тех же часов Роуз, дожевывая вторую вафлю. Будто будильник был племянником часов и доводил до их сведения свои решения уехать в мастерскую, подлечить нервишки.

+4

4

- Oh, give me the beat boys and free my soul, - глаза Рона были закрыты, когда он подпевал грамофону.
Все же не все подарки были ужасной тратой места и денежных средств. А этот конкретный даже помогал, когда нужно было заниматься домашними делами.
"I wanna get lost in your rock 'n' roll", - пели маленькие музыканты, заточенные в коробочку, или же это были только их голоса, магическим образом, оставленные там. Все равно, ведь мелодия заставляла Рона покачиваться в такт и подпевать громче, чем он осознавал: - ...and drift away...
Волшебник крутанулся на каблуках так, будто бы сам участвовал в представлении. От этого обе чашки с горячим кофе чуть не столкнулись в воздухе, но равновесие все же удалось удержать. Один напиток опустился прямо перед Роуз, в нем было молоко, сливки, сахар и немного маршмеллоу, а второй остался стоял на стойке девственно черным, как душа сами знаете кого.
- Не знаю, принцесса, - радостно сообщил Рон, сномая иголку с пластинки, чтобы прекратить музыку.
Нужно сказать, что Рон был не очень хорошим обманщиком, поэтому глаза его коварно сверкнули, а звук втягиваемой ртом горячей жидкости отдавал горечью обмана.
- Но знаю одно - у тебя сегодня выходной. Та-дам! - большие отечески руки распахнулись для теплых объятий, но были вынуждены вернуться к исходной позиции по причине гнева отобразившегося на лице дочери и, чтобы не болтаться без дела, занялись протиранием стола.
- Твоя мама уже ушла на работу, брата тоже нет, а мы с тобой, моя крошка, сегодня займемся тем, чем ты не занималась уже очень давно. Будем веселиться! - он бы снова добавил "та-дам", но Роуз почему-то не радовалась. - я вижу ты переживаешь насчет того, как это воспримет начальство, так не переживай, я отправил сову в Министерство, они знают, что тебя сегодня не будет и все равно тебя не ждут. Гермиона меня полностью поддерживает, - или поддержит, когда узнает, но это уже детали.  - Так что ешь свой завтрак, умывайся и готовься к приключению как в старые добрые времена.
По этим временам, кстати, Рон очень скучал. Он любил бывало сводить свою дочурку в магазин сладостей, покататься с ней на диковинном и безопасном магическом существе, покататься на роликах, сходить на вечер чтений очередной детской книжки, покататься на карусели и еще много чего было в этом списке. Но девочка его выросла и теперь не просто участвовала в самостоятельном жизненном плавании, но еще и не щадила себя.
- Я хочу услышать все о том, как ты живешь. Чем заполнено твое сердце, какие страсти бушуют в этой кудрявой голове, - Рон растрепал волосы дочери, а затем снова сделал глоток своего кофе. - Так. Тебе погладить какие-то вещи или?..

Отредактировано Ron Weasley (2017-07-05 13:01:55)

+4

5

Отец был лучшим человеком на земле - это Роуз не раз слышала от матери, в этом имела шанс убедиться сама. Лишь это и зефирка во рту не позволили ей сорваться и сказать чего-то непростительного. В Роуз шла борьба. В ней боролись любящая дочь и гиперответственная сотрудница. Вторая побулькивала от гнева и не находила слов, чтобы рассказать папуле, как жестоко он ее подставил: в их отделе больничные еще, кажется, не изобрели. Рассказывали, что предшественника Сонни не отпустили к жене на рождение тройни. Впрочем, ходили сплетни, что это он сам забаррикадировался в подсобке и просил политического убежища.
Любящая дочь тем временем вспомнила урок этого самого папули: если ее что-то злит, надо просто несколько раз вдохнуть и выдохнуть. И съесть ватрушку. И только если после этого гнев не уходит - давать ему волю. Роуз много что злило в детстве, неудивительно что от третьего подбородка ее спасли только брекеты (второй ее настиг из-за папиных клубничных милкшейков). Воспоминание о милкшейках и покатушках с Роном на карусели перевесили, и Уизли сделала три вдоха и три выдоха, как ее и учили. Гнева поуменьшилось, но он не испарился.
- Папа, ты это зря, - сказала она, стараясь казаться взвешенной и разумной, взрослой женщиной. И вытерла рот от крошек зефира. - Я прекрасно справлялась, просто у нас скоро релиз, а сроки передвинули и приходится немного задерживаться. Я бы прекрасно отдохнула в суббо... в вос... короче, в этом месяце! - не сдавалась она. - А теперь мистер Бамблпаф будет думать, что я избалованная неженка. Придется опять с Зельдой в "Магосапера" на скорость рубиться, чтобы это исправить, - почесала затылок она. Но энтузиазм, с которым Рон рвался провести с ней этот день, и тщательность, с которой он подошел к диверсии, чувствительно вдарили по совести Розы.
- Я могу уйти завтра пораньше, - промямлила она, отпихивая ногой Келли, жующую ее штанину. - Или взять выходной на неде...
Вообще решительностью Уизли пошла в мать. Ей ничего не стоило сказать "нет" кому бы то ни было. За парой исключений.
- Футболку с Анджелой Дэвис, она на верхней полке, - сдалась она. Лай Келли, раздавшийся следом, был гонгом, отметившим поражение в нечестном бою.

+4

6

Рон слышал эту историю о релизе и сроках уже сотни раз. Нет, конечно, он учил свою девочку ответственности и тому, что других подводить не хорошо… Хотя постойте, это все же была Гермиона, он был веселым и вечно волнующимся по пустякам папой. В любом случае, заезженная пластинка про сроки звучала в их доме слишком часто и весомость ее как-бы улетучилась. А вот другой аргумент, который привела дочь, вполне мог сойти за правду и безусловно насторожил Уизли.
- Постой-ка, - он перехватил тарелку с вафлями, которая стояла перед Роуз, и чуть не стал причиной липкой катастрофы с сиропом так и норовящим вырваться из банки. – Что значит избалованная неженка? – светлые брови Рона встретились в неравном поединке над переносицей, чтобы там сцепиться самыми длинными и породистыми волосами в своих войсках. – Никто, слышишь, никто не будет называть мою дочь избалованной и тем более неженкой! - уж Гермиона позаботилась о том, чтобы попустительское воспитание ее мужа было разбавлено нотками строгости и закаляло характер отпрысков. – У меня были другие планы на сегодня, но вижу, что мне придется поговорить с этим вашим Бамблпафом. Да кого он из себя мнит?! Это же где такое видано?! Нет, так не пойдет.
Рон медленно начинал краснеть, наливаясь сначала розоватыми оттенками молодой малины, которые медленно переходили в полноценный цвет спелого помидора. Он вдохнул пару раз, чтобы не дать ярости затмить рассудок и все-таки пододвинул тарелку с вафлями к дочери, заметив как ее лицо изменилось. Пришлось добродушно улыбнуться и прекратить ожесточенную схватку лучших воинов на его бровях.
- Ладно, не сегодня, - все еще нервозно произнес волшебник, - доедай свой завтрак, это самая важная еда за день. И фрукты не забудь. На верхней полке, говоришь?..
Чтобы уж совсем разбавить обстановку, он подмигнул и улыбнулся, только вот улыбка эта как-то нехорошо блеснула.
- Кэлли, Мишель, Би, за мной, - откинув полу халата, чтобы та не мешала при ходьбе, Рон направился в комнату Роуз, где достал палочку, совершил пару магических пассов в воздухе, от которых разложилась гладильная поверхность и задымился магический утюг, а затем сел за письменный стол, где отыскались пергамент и перо с чернилами.
Письмо начиналось со слов «Глубокоуважаемый господин Бамблпаф», первое слово было зачеркнуто и заменено на «Желаю здравствовать», снова зачеркнуто и заменено на «Приветствую». Дальше следовало короткое сообщение о том, что ему следует ждать визита одного негодующего отца в ближайшее время.
Когда Роуз поднялась за футболкой, сова была уже далеко, а сам Рон довольный собой и одетый для прогулки лучезарно улыбался. Конечно же, он не думал о том, как сам бы себя чувствовал на ее месте, конечно же, он позабыл, как получал кричалки от матери в Хогвартс и становился объектом всеобщего позора из-за проделок старших братьев. Сейчас его маленькая девочка, его принцесса находилась в опасности и карта разъяренного отца била все другие.
- Итак, чем бы нам заняться в первую очередь? Сладости или шмотки?

+3

7

Историческая встреча отца с шефом виделась Роуз только в антураже извержений вулканов и скачущих в отдалении всадников Апокалипсиса, и она уже было приготовилась вскочить на стул и толкнуть речь о том, что она уже взрослая, независимая и разберется со всем сама. Для этого она вытаращила глаза и взмахнула руками. Кажется, их амплитуда убедила папулю в том, что со встречей можно повременить. По крайней мере, на время буря и последующее позорное увольнение откладывались. К моменту, когда Уизли спустилась из своей комнаты, в душе ее царил мир, а на футболке хмурилась Анджела Дэвис. Вопрос Рона застиг ее врасплох - даже научные сотрудники и борцы за справедливость испытывают слабость и к новым комбинезонам, и к фраппе. Но выбор касался не только сладостей или шмоток - кто знает, когда выпадет следующий выходной, а значит, в этот надо сделать что-то, что очень давно хотелось!
"Разумеется, на карусели и в тир!" - сказала бы Роуз десять лет назад.
"Срочно на пикет в защиту хохлатых курочек!" - сказала бы Роуз пять лет назад.
"Ты - куда хочешь, а я иду спать!" - сказала бы Роуз вчера.
Но сегодня вопрос поставил ее в тупик. Она и без того была озадачена (и напряжена) загадочным и очень хитрожопым выражением лица  родного папки - это явно значило, что он замыслил неладное.
"Мне нужен новый будильник", - вспомнила Грейнджер-Уизли. "А лучше - два". Наверняка отец устроит диверсию еще не раз. В этом доме нужно быть готовой ко всему!
- Пойдем на Косую. Хочу в Фортескью - сил нет, - сообщила Роуз, прикидывая маршрут оттуда до Вредилок. В крайнем случае, можно отправить записочку Хьюго на работу, он не откажет сестре в посильной помощи. Выдрав из блокнота листок, она настрочила поручение брату и свистнула сове, но ответом ей было молчание. Девушка озадаченно почесала макушку - корреспонденцией в их доме обычно занимались по вечерам. Смятая записочка с убедительной, но вежливой просьбой прикупить дюжину будильников дяди Джорджа осталась на подоконнике.
- Это коллеге по работе, потом отправлю, - пояснила она на всякий случай Рону.
Анджела Дэвис строго смотрела на нее в отражении зеркала. Уизли вспомнила, что она в свободное время активист, и метафизическое мороженое встало в горле комом.
- Папа, забудь про Фортескью, нам нужно в порт. Будем пикетировать жестокое обращение с атлантической сельдью. Я слышала, ее личное пространство наглым образом игнорируют и зачем-то запихивают в бочки. Заодно можем защитить работниц припортового труда - у них ужасно обстоят дела со страховкой, - продолжила Роуз. - А потом зайдем к маме, занесем ей на ланч пончик, - предложила девушка, манящими чарами подозвав из своей комнаты здоровый лист бумаги под лозунг. Задумчиво почесав кончик носа, она взялась за подлетевший под руку фломастер - перья за неудобством давно остались в школьном прошлом.
- Океан - не подземка, дайте рыбе свободу? - предложила она. - Не души селедку, подлец? А про портовых работниц что добавить?

+3

8

- Надеюсь, там не просьба освободить тебя из заложников за вознаграждение? - строго поинтересовался Рон после пояснения к вырванному из блокнота листу, но затем сменил гнев на милость, заразительно расхохотавшись, ведь это он только послал личное письмо начальнику дочери и чуть-ли не объявил о вендетте.
Желание дочери пойти в порт немного его расстроило. "Моя девочка совсем выросла", - подумал волшебник и погрузился в мир собственных воспоминаний.
Ведь они любили объедаться сладкой ватой, кидать в разные дели карамелизированными орешками, заплетать друг другу косы и секретничать о разных вещах. Пусть во многих семьях этим принято заниматься с матерями, Рон был отцом многозадачным и больше подходил на роль жилетки в моменты юношеских кризисов, чем стойкая и, чего уж там, строгая Гермиона, которая подходила к проблеме с точки зрения ее решения, а не заедания мороженым.
Казалось, что было это не так давно. А сейчас Роуз хочет отправиться в порт, чтобы бороться за права сельди...
Выражение лица Рона стало отсутствующим, взгляд поплыл по поверхности гладильной доски, затем по потолку и остановился на плюшевом единороге, который был беспечно заброшен на самый верх шкафа, оставлен там пылиться, как и отцовское время, теперь, очевидно, безвозвратно упущенное.
Нижняя губа Уизли слегка задергалась, подбородок начал покрываться такими ложбинками, которые можно увидеть на размокшей фасолине и только голос дочери вернул его к действительности.
- Может, "пусть вам всем будет пусто, у селедки тоже чувства"? Или "портовым работницам выше зарплата, селедке морской оплатить адвоката".
Рон будет не Рон, если позволит своим детям просочиться сквозь его заботливые отеческие пальцы и отдалиться к тем берегам, к которым ему уже не доплыть! В порт, так в порт.

Буквально спустя час, когда попытки придумать идеальный лозунг увенчались успехом, Роуз и Рон стояли на пристани в гордом одиночестве. Слышны были лишь выкрики чаек и ругань матросов.
- Наверное, митинг перенесли, - с показным сожалением и внутренним ликованием произнес Рон, от чего его лицо приобрело достаточно экзотичное выражение. - Но мы можем пойти поесть вооооон туда, - палец его устремился к вывеске "Дары моря", - страшно хочется узнать, что же дарит море, - он подмигнул Роуз и начал сворачивать плакат со своей стороны.
В этот самый момент мимо них проходил рыжий и хромой на одну ногу матрос, появление которого заранее предвосхищал густой отвратительный запах мертвой рыбы.
- Ищешь компанию, куколка? Не хочешь выпить огневиски с молодым интересным? - поинтересовался он, полностью игнорируя родителя.
Рон отреагировал моментально, режим безумного мужика готового на пуститься сиесекундно во все тяжкие включался у него также легко, как и режим повара.
- Когда чизпурфл на горе свистнет! Вали! - глаза на выкате, слюна на подбородке, тон - все это как-то сразу отпугнуло моряка, он выставил вперед ладони в знак того, что проблемы ему не нужны и удалился по своим делам. - Как у тебя, кстати, с мальчиками дела? - нежный отеческий тон заставлял поверить, что никакого безумия в Уизли и вовсе нет, но близкие всегда будут что-то подозревать.

+3

9

Попытка выполнить гражданский долг оказалась на троечку из десяти - остальные участники акции либо забыли, либо решили позащищать кого-нибудь посухопутнее. Либо Роуз просто перепутала дату, что случалось с ней чаще, чем хотелось бы. Она расстроенно кивнула отцу и неодобрительно покосилась на ресторан с морепродуктами, на который он указал.
- Наверняка эти дары там томятся в тесных аквариумах, а пришедшие клиенты выбирают, кого им подать на ужин с лимонной долькой в щупальцах, сваренного вживую. Те, кто платят, решают, кому умереть, а кому жить. Чудовищное варварство в наш просвещенный век, - сухо проговорила она, планируя, когда можно созвать митинг против этих бессердечных любителей устриц и мерзавцев-осьминогоедов. Раньше сентября не получалось. На сегодня она уже растеряла свой пыл и жажду борьбы за справедливость и просто хотела мороженого.
Прошедший матрос, правда, пробудил немного гнева в ее груди. Как современная и самостоятельная женщина, она была обучена паре немагических приемов самозащиты: бить ногой под коленку и ключом в глаз, попутно сдабривая самозащиту вербальными унижениями, но продемонстрировать этот навык Уизли не успела - отец рванулся на передовую, еще немного и от матроса остались бы только скрипучие ботинки и запах перегара.
- Ну зачем ты так, я только собиралась вас познакомить, у нас с ним, кажется, все серьезно... - расстроенно протянула она, кивнув на поспешно удаляющегося покорителя морей. После чего бросила сложенный плакат с лозунгом в рюкзак и взяла отца под руку.
- Идем, навернем мороженого со всеми сиропами, которые только существуют.
Вопрос о личной жизни она, конечно, слышала от Рона не впервые. Отчасти потому что после ее сообщения об отношениях с сыном Малфоя, ни он, ни мать в восторг не пришли по вполне закономерным и понятным причинам, и с тех пор надеялись, что в сердечных делах дочери произошли какие-то перемены. Отец с матерью пребывали на разных стадиях принятия этих самых отношений (назвать романом то, что длилось уже семь лет у Уизли как-то язык не поворачивался), но, как казалось Розе, достаточно доверяют ей и считают ее разумным и ответственным человеком, способным самостоятельно выбрать, с кем ей быть.
- Па, мальчики потом, сейчас - работа,  - проговорила девушка. - Скорп сейчас живет в академии, мы редко видимся, пока что изменить это нельзя.  Мы решили сосредоточиться на карьерах, - заключила она. - Но это только пока он в академии, а я - не руководитель проекта, - добавила она, чтобы не слишком обнадеживать отца. - Смотри-ка - замороженный йогурт! - смена темы появилась сама собой в фургончике, позвякивая колокольчиком и невероятно раздражая этим всех бродячих собак в округе.

+3

10

- Смешная шутка, - парировал Рон выпад насчет матроса и долгосрочных планов на их долгую совместную жизнь.
Нет, он, конечно, надеялся на то, что дочь сообщит ему о подобной глупости прежде, чем уехать в Сассекс и выйти за местного жителя, чем бы они так ни занимались. Не то, чтобы Рон имел что-то против Сассекса или его жителей, просто сейчас этот пример всплыл в подсознании и заставил сделать зарубку в нем же на предмет «пересмотреть свои знания об этом подозрительном месте».
Мороженное было хорошей альтернативой треске и плакатам, а еще разговорам о Скорпиусе Малфое. Этот парнишка никогда не вызывал у Уизли приятных чувств. Слыша его имя, волшебник прямо чувствовал, как у него начинало сосать под ложечкой. И ложечка эта была наполнена дегтем вперемешку с ядом.
Все обстояло так не из-за фамилии, хотя из-за нее, конечно, тоже, а, скорее, потому что парень был слишком дерзок. Ни разу он не пришел к отцу семейства, чтобы формально представиться и попросить разрешения встречаться с дочерью. Не было этих вот бутоньерок и колдофотографий на выпускной, Рону не представилась возможность припугнуть молодчика дедовым стреляющим дротиками артефактом, натравить шишуг на вычищенные до блеска юношеские ботинки. Скорпиус ни разу вынужденно не смеялся над шутками Рона и не проявлял никаких других знаков уважения, которые обычно свойственны дрожащим юнцам.
Да, он собирался служить в Аврорате, что делало ему честь, но чести этой лично для Уизли было мало.
Дело в том, что быть родителем – это контракт, который ты односторонне подписываешь собственной кровью. Кровь же в процессе воспитания теряешь, а еще нервы, здоровье и цвет волос. Ни что не может сравниться с первыми родительскими тревогами, когда ночью встаешь, чтобы проверить дышит ли твоя малышка, когда реагируешь на каждый писк с готовностью рыси перед прыжком, а оказывается, что она просто потягивается во сне. Нет большей радости, чем первая улыбка твоей девочки, еще неосознанная и неумелая, но целиком и полностью твоя.
А потом в один прекрасный день она говорит, что собирается стать руководителем проекта и посвятить остальные 50% своего времени какому-то Малфою. Нет, пока он не услышит слов «люблю» и «посмотри, как этот камень переливается на солнце, он слишком большой для моего пальца», Рон не намерен сдаваться и считать сделку заключенной, так сказать.
- Ты столько времени о нем говоришь, пригласила бы на ужин к нам. Мы с твоей матерью будем рады еще раз официально познакомиться с парнем, который попал в планы на будущее нашей дочери, - Рон выдавил из себя улыбку, а затем заказал малиновое, ванильное, шоколадное с абрикосовым сиропом и шоколадной крошкой – десерт печали.
Они шли по улице, разглядывая витрины, доедая свои лакомства, и болтали о всякой ерунде, смеялись, подшучивали над прохожими, пока те не слышали. Такими уж они были в свой свободный ото всех забот день.
- Смотри! – внезапно возопил Рон, просияв от того, что в голове его зародилась отличная идея.
Нужно отметить, что степень отличности идей всегда оценивалась по версии самого Рона, поэтому погрешность была велика.
- Это же тот новый модный салон «Амортенция», я слышал, там делают отличные платья для юных особ. Может, ты захочешь зайти и осмотреться? – не дожидаясь ответа, отец потащил Роуз к двери.

+2

11

Естественно, Роуз была наслышана об обостренных отношениях ее родителей и отца Скорпиуса – байки о Трио и кознях слизеринцев во времена второго пришествия Волдеморта стали устным народным творчеством в Хоге и передавались от выпускников первогодкам, не без дозы преувеличений и художественного вымысла, как это бывает. Все услышанное она делила на два, но даже так перспектива знакомства Скорпа с родителями вызывала у нее тревогу и импульсивное желание засунуть за щеки как можно больше соленых рогаликов. Как так вышло, что все эмоции Роуз выражались через еду, она пыталась понять не первый год – пожалуй, дело было в тонкостях воспитания Роном и бабулей Молли.
Головой-то она прекрасно понимала, что рано или поздно это случится – когда-нибудь они все-таки начнут жить вместе, и когда их захотят навестить родители, не прятать же благоверного в Исчезательный шкаф! 
Но вот смятение в душе при мысли о тяжелом папином взгляде, прожигающем дыру между бровями Скорпа, поданная на ужин пересоленая грудинка (признак крайнего раздражения Рона), сухие вопросы Гермионы и застывшая в воздухе пассивная агрессия в воздухе плотнее, чем лимонное желе бабули Молли – все это пробуждало и без того высокую тревожность Роуз. Она росла в большой семье, где конфликты неизбежны, но решались они зачастую так же быстро, как и вспыхивали. Как правило, способами разрешения становился дружеский подзатыльник.  К тому же, она сомневалась, что ее навыков общения хватит на то, чтобы разрядить обстановку. Обаяние Хьюго пришлось бы очень кстати, но и он, кажется, не был в восторге от избранника сестры. 
С другой стороны, где ее хваленая храбрость? Она что ли не дочь героев войны? Бояться одного маленького семейного ужина! Кудри на затылке Роуз встали в боевую стойку.
- А знаешь что, - решительно сказала Грейнджер-Уизли, уже стоя на столе, пока с нее снимали мерки для платья. – А давай. Вот прямо сейчас выйдем и отправим ему сову с приглашением. И я помогу тебе сготовить ужин, - последнее звучало как угроза. – Я хочу оранжевое платье с зелеными воланами по краю, спасибо, - обратилась  она уже к швее. – И фиолетовые оборки по рукавам. Люблю, когда много цветов!

+1


Вы здесь » Harry Potter: Utopia » НЕЗАВЕРШЕННЫЕ ЭПИЗОДЫ » Papa knows best


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC